Трамвай № 2 повесть об Иркутске и его обитателях в трех частях. Часть 3. Главы 1 - 2.
odinnevoin
Глава 1.  Мене, текел, упарсин.
Александр Владимирович Годун в ожидании Освальда Сергеевича прохаживался вдоль постамента и делал вид, что изучает особенности анатомии символа города, сжимающего в зубах зверушку. Бабр имел зверский вид и Александр Владимирович мысленно был солидарен с авторским решением скульптора. Живя в Сибири, Александр Владимирович четко усвоил основное правило: чтобы выживать, нужно иметь бульдожью хватку, иначе свора псов и шакалов вырвет из пасти последний кусок и пустят тебя по миру, да еще будут норовить ухватить тебя за ляжку.
Одет Александр Владимирович был консервативно. Строгий спортивный костюм красного цвета изящно обтягивал его фигуру, подчеркивая ее достоинства и скрывая недостатки, особенно хорошо в этом наряде выглядели его ляжки, и, судя по угрюмому выражению на лице, не покидающем его в последнее время, Александр Владимирович никому не собирался их уступать.
В общем, со стороны могло показаться, что на маленьком пятачке исторического Иркутска встретились два бабра – один живой и в человеческом обличии, и другой - его скульптурная копия, наделенная звериными чертами.
Дополнительно сходство с бабром Годуну придавала и его уверенная, и я бы даже сказал агрессивная походка. В ожидании Освальда Сергеевича Александр Владимирович несколько нервничал и сердился.Read more...Collapse )

Трамвай № 2 повесть об Иркутске и его обитателях в трех частях. Часть 2. Главы 4 - 6
odinnevoin
Глава 4. Отступление.
Сразу вслед за первой выпитой рюмкой Освальду Сергеевичу вернулся аппетит. Он открыл холодильник, хотя заранее было известно, что в нем, кроме замороженных овощей и фруктов ничего нет. Желудок Освальда Сергеевича отказывался переваривать замороженные продукты, поэтому он решил подкрепиться где-нибудь в общепите, а для этого следовало привести себя в порядок. К счастью, основная проблема укладки волос перед Освальдом Сергеевичем не стояла – череп его был гол как коленка кокетки, а щетина еще не пробилась сквозь болезненную, вызванную злоупотреблениями бледность. Борода у Освальда Сергеевича не росла, вернее сказать, росла плохо. Освальд Сергеевич решил в это утро вырядиться пижоном, а для этого отыскал в гардеробе любимы шорты, гавайскую рубаху и английский колониальный шлем, привезенный с последнего семейного вояжа по берегам Черноморского побережья. Синяк Освальд Сергеевич решил не маскировать, а просто одел черные очки. Мельком взглянув на себя в отражение тяжелого антикварного зеркала на выходе, Освальд Сергеевич остался собой доволен и слегка, по привычке прихрамывая, он спустился вниз на многолюдную праздную улицу города.Read more...Collapse )

Трамвай № 2. Повесть об Иркутске и его обитателях. Часть 2. Главы 1 - 3.
odinnevoin
Глава 1. В синем углу
Жизнь тем и хороша, что не терпит долгих зависаний. К Освальду Сергеевичу реальность подкралась сзади в образе его давнего приятеля и коллеги по институту Густава Марковича, у которого он был накануне в гостях, и которого сам Освальд Сергеевич в тайниках души считал виновником своего нынешнего состояния.
- Дружище, - хлопнул по плечу Освальда Сергеевича Густав Маркович, - тебя со всеми собаками ищут по всему институту, а ты тут на остановке прохлаждаешься! Что за вид, что за псина с тобой? Ты что ли аудитории перепутал? Нашел себе благодарного слушателя?
- Черт, я крайне хреново себя чувствую, кажется я безнадежно опоздал, надо позвонить и объясниться.
- Не проблема, сейчас все уладим, хочешь я скажу, что тебя вызвали в следственный комитет?
- Твои шутки немного не ко времени.
- Разве? Ладно, просто позволь мне уладить этот вопрос, а потом поговорим.
Освальду Сергеевичу не хватило воли что-то возразить, и Густав Маркович отошел несколько метров от остановки и, набрав на мобильном телефоне некий номер, дал несколько коротких и отрывистых указаний, которых Освальд Сергеевич как ни старался, расслышать не мог.
Спустя несколько минут Густав Маркович с совершенно довольным видом вернулся и торжественно объявил Освальду Сергеевичу, что все улажено и они могут с чистой душой прогуляться по набережной и спокойно поговорить.Read more...Collapse )
-

Парк Рододендронов
odinnevoin
Небольшая часовая экскурсия в парк цветущих рододендронов. Красота страшная сила, и люди к ней тянутся. Повсюду слышна русская речь, юго-запад Портленда - традиционное место проживания людей с постсоветского пространства. Но пост не о людях, а о цветах, поэтому будет много фотографиев.


На входе в парк


В парке можно с собакой. Лизке в парке очень понравилось. Она любит все новое. Много новых запахов.Read more...Collapse )

Трамвай № 2 повесть об Иркутске и его обитателях в трех частях. Часть 1. Главы 1 - 4.
odinnevoin
Глава 1. Улица Ленина
Утро выдалось неважным. Неважным, но ответственным. Освальд Сергеевич не мог себе простить, что у него не хватило воли отказать минувшим вечером хлебосольному хозяину Густаву Марковичу в последнем подношении «на посошок». Это его «на посошок» все еще металось между желудком и гортанью и напирало на двери. «Специально, небось, меня травит» - беззлобно подумал Освальд Сергеевич о Густаве Марковиче – «Знал же, зараза, что мне завтра лекцию читать, зачем настаивал!?»
«Главное встать, умыться, собраться, спуститься вниз и пройти несколько шагов до трамвайной остановки» – думал Освальд Сергеевич. Трамвай обычно действовал на него умиротворяюще. А там, через три остановки и знакомое даже до отвращения место его службы, куда он ходил, а чаще всего ездил вот уже двадцать лет. Машины Освальд Сергеевич не водил, поэтому передвигаться по городу он предпочитал либо на такси, либо пешком, либо, как сейчас, на трамвае. Жены у Освальда Сергеевича тоже не было. Вернее сказать, ее не было этой ночью, но это даже хорошо, поскольку состояние героя повествования было таковым, что он предпочел бы скорее сказаться холостым, чем пускаться в длительные и бессмысленные объяснения причин своего не самого лучшего состояния. Жена Освальда Сергеевича уже второй раз за месяц находилась в длительной командировке, и он постепенно начинал привыкать к своему полу-холостяцкому состоянию, временами позволяя себе лишнее.Read more...Collapse )

5.05.2017. Парад Победы в Хайфе
odinnevoin
Оригинал взят у humus в 5.05.2017. Парад Победы в Хайфе

Сегодня вновь посетил традиционный парад Победы в Хайфе. Нынче он в виду обстоятельств прошел раньше обычного, но основной в Иерусалиме будет, как и положено 9 мая. По сравнению с прошлым годом прибавилось народа. Понравилось, что в этот раз было много молодежи. Среди них выделялись солдаты. Они прошли со всеми в строю, нацепив на грудь георгиевские ленточки. дальшеCollapse )
01. Кто не с нами - тот не прав, потому что с нами рав
01. Кто не с нами - тот не прав, потому что с нами рав
Read more...Collapse )


Oдин день на океане
odinnevoin
Вчера съездили на один день в маленький курортный городок Кэннон Бич на Западной побережье, в двух часах от дома. Это был будний день, поэтому народа в городе было немного, обычно по выходным здесь бродят толпы туристов со всего мира. Городок не похож на стандартные американские города, каждый дом здесь чем-то уникален, много картинных галерей, маленьких ресторанов, гостиниц.






Так совпало, что приехали мы в момент океанского отлива, благодаря чему, могли воспользоваться возможностью погулять в местах, временно оставленных океаном.





А вот и голова капитана Дэви Джонса


Изображая птицу



Прелесть и очарование прогулки состояла в том, что не все обитатели морской стихии решили перебираться вместе с океан, а предпочли переждать временный дискомфорт и погреться на солнышке. Благодаря этому было полное ощущение, что гуляешь в декорациях фильма "Пираты Карибского моря" и вот-вот появятся его герои - капитан Дэйви Джонс и Билли Тернер Прихлоп и захватят тебя в качестве заложника на Летучий Голландец.





















Уже покидая город, я заметил "Веселый Роджер", развевающийся над одним из зданием. Все-таки, команда Джэка Воробья взяла город.

Собачий стресс
odinnevoin
То, что, если со мной поведешься, приключения тебе гарантированы, каждая собака знает. Не знаю, как ваша, моя знает точно. Про то, как ее покусала на прогулке чужая псина, я рассказывать не буду, это случайность, можно сказать, в ряд закономерностей это встало, когда в порядке реабилитации я решил ее взять с собой по грибы в лес – там собак нет чужих – решил я, пусть отойдет душой, побегает. В дороге собака вела нормально, высовывала морду из окна, строила рожи проезжающим мимо автомобилям и редким пешеходам, в лесу же, она гулять отказалась на отрез. Я решил, что погуляю пока один, присмотрюсь к трофеям. После двадцатиминутного ожидания у автомобиля, псина была готова идти со мной куда угодно. Я страшно обрадовался тоже, потому что решил, что стресс мы успешно преодолели. На радостях мы углубились в какую-то чащу, однако грибов так и не было. Уже на обратном пути, я, вдруг, заметил, что мой спутник исчез, растворился. На зов собака не откликалась, и я решил, что она, чуя близкую дорогу, ушла к машине и там меня ждет. Однако все обстояло совсем не так, как я думал. Ни мои крики, ни свист, ни гонг автомобиля ни к чему не привели. Пришлось возвращаться к месту, где я видел ее в последний раз, но и там ее не было. После тридцатиминутных безуспешных попыток вызвать собаку непрекращающимся криком я понял, что пиздец, собака потерялась. Через час начнет темнеть, и мне лучше домой одному не появляться – дети меня порвут. На мое счастье, где-то очень далеко в лесу я услышал душераздирающий вой. Я бросился на звук и уже минут через десять услышал легкое позвякивание медальона – мне на встречу бежала моя безумная от счастья псина, перемазанная с ног до головы в какой-то болотной жиже. На радостях я скормил ей почти весь свой запас колбасы, а после загрузил ее в автомобиль и бодро выехал в обратный путь. Выезжая из леса, я некстати вспомнил о том, что жена хотела рассадить на участке несколько кустов папоротника и решил сделать короткую остановку – не уезжать же из леса с пустыми руками. Собаку я выпустил, решив, что теперь она точно от меня никуда не уйдет. Она и не ушла, она просто встала на середину дороги и перегородила путь траку, в котором ехал рейнджер. Я оказался в глупой ситуации, потому что тут же у обочины ковырялся с кустом реликтового растения, явно имея злой умысел выдернуть его из привычной среды обитания и может быть сделать из него какой-нибудь колдовской настой. В общем, после разговора с рейнджером, у меня несколько тряслись руки, но я старался делать вид, что он имеет дело со вменяемым парнем, несмотря на то, что в одной руке у меня был нож, в другой варварски изъятый из земли куст папоротника, а сам я с ног до головы был грязен и влажен, ввиду долгих поисков своего четвероного друга в глухой чаще Орегонского леса. Все было бы ничего, но, когда рейнджер меня с миром отпустил, собака наотрез отказалась идти со мной. По лицу рейнджера я видел, что его терзают смутные сомнения и он даже напрямую спросил меня, моя ли это собака. Пришлось рассказывать долгую историю про стресс, про то, как она заблудилась, в общем, делиться всей той информацией, которой я, собственно, и не собирался ни с кем делиться, тем более на лесной дороге и в получасе до наступления сумерек. В общем рейнджер уехал, а я стал остатками колбасы приманивать свою одуревшую от всех этих приключений псину. Когда мне наконец это удалось сделать, я не удержался от пары тумаков, с горяча. В общем, на обратной дороге мы ехали совершенно разруганные, собака сидела как каменная на соседнем сидении, отвернувшись от меня и глядя в окно, на пролетающие мимо виды. Морды она никому не строила, и, по всему судя, стресс накрыл ее с большей силой, чем до нашего неудачного путешествия в лес. Чтобы как-то порадовать своего друга, я приоткрыл окно, и она этим воспользовалась. Какое-то время она подставляла свою морду ветру, от чего смешно чихала и фыркала, а затем неожиданно, в один момент подтянулась на передних лапах, подпрыгнула и на какое-то время зависла в окне на половине корпуса. Это было так неожиданно, и столь стремительно, что я только успел закричать: “Эй, ты куда?!” и снизить скорость со 100 км./час до 30. Затормозить резко я не мог, поскольку сзади меня подпирала другая машина, для водителя которой выход четвероногого пассажира на полной скорости из автомобиля тоже был полной неожиданностью. Съехав на обочину, я бросился к месту происшествия, готовый увидеть страшную картину. На мое счастье, собака, прихрамывая и оглядываясь по сторонам шла от обочины в сторону какого-то строения, окруженного забором, и там, около этого забора, легла, ожидая моего приближения. Я взял ее на руки и отнес в машину. Ни видимых травм, ни переломов я на ней не заметил. Собака молчала всю дорогу, что могло быть как хорошим знаком, так и плохим. Я старался думать о чем-то постороннем, о том, что по приезду хорошо бы было успеть приготовить жене ужин. Дома я опять взял собаку на руки, но она довольно живо встала на ноги и потрусила к своей тарелке. С удивлением я наблюдал, как собака, которая пережила верную гибель, как я считал, уминает остатки своего обеда и невольно подумал, что человеку стоило бы научиться такой железной собачей воле к жизни. Кто придумал эти стрессы, я не знаю.

Триста миль до Канадской границы
odinnevoin
Словосочетание «канадская граница» влечет и манит всякого смертного, посмотревшего хоть один фильм со стрельбой, грабежом и мордобоем. От Портленда до канадской границы триста миль. Одного этого достаточно, чтобы начать собирать вещи для броска. Пока тренировочного, на случай чего. Времена смутные, так-то.
Триста миль это немного. Если судить по карте Гугл - пять с половиной часов езды по дороге на Север. До Сиэтла три часа, ну, и там два с небольшим.
Чтобы не жечь бензин впустую, решили совместить полезное с приятным, провести пару дней в столице зимних олимпийских игр 2010 года, и заодно осмотреть достопримечательности города, тем более, что Ванкувер входит в рейтинг самых удобных для проживания городов мира. Мне, как искушенному горожанину, просто даже было любопытно, что в нем такого, чего я не видел в стольном граде Иркутске, широко известном во всем мире своим гостеприимством.
Чтобы подстраховаться, и не искушать судьбу на предмет этого самого гостеприимства, забронировали в интернете гостиницу в центре города. Сто баков за просторные апартаменты с кухней и балконом на Робсон стрит – справедливая цена ночлега в комфортных условиях: телевизор, холодильник, фен – все дела.
Дату для рывка выбрали под День Благодарения – Thanksgiving day, по-американски. Большой праздник на местном рынке счастья. В этот день ничего не в Америке не работает, американцы собираются большими семьями дома, пекут тыквенный пирог, готовят индюшку, благодарят создателя за дары, поминают невинно убиенных индейцев. Насчет индейцев это ирония, хотя, если всерьез, то значительная часть американцев именно по этой причине День Благодарения не празднуют, справедливо полагая, что приход европейцев на Новую землю уничтожил уникальную цивилизацию местных жителей, и обрек их на медленное вымирание в резервациях.
Поскольку за три года жизни в Штатах мне этот праздник успел поднадоесть – индюшкой я объелся, тыквенный пирог не самый мой любимый десерт, праздники просто ненавижу, любые, особенно национальные – то в путь-дорожку собрался легко, с подъемом. В Канаде День Благодарения празднуют, но в другие даты, так уж исторически сложилось, к моей вящей радости. К слову сказать, я его Трансгивеном называю, уж не знаю почему, должно быть по причине трудности в произношении.
Праздник плюс выходные давали фору в четыре дня – великая роскошь в условиях насыщенной трудовыми буднями жизни в Америке. Будни эти так порой изматывают, что сил не остается даже на то, чтобы толком спланировать свой отдых, ты в него вваливаешься такой какой есть – не бритый, не мытый, помятый и без культурной программы.
Решили, что помоемся в гостиничном душе, раз уж за него уже заплачено, побреемся там же, а с культурной программой сообразим по ходу. В семь встали, сгребли вещи какие были на виду в сумки, сварили кофе, запили им овсяную кашку, все строго, по-походному. Впереди была граница, мы это знали, поэтому во время завтрака сосредоточенно молчали. Из документов одна гринка, и водительские, само-собой.
В девять часов утра мы уже на трассе. До Канады одна дорога – по пятерке на север. Через два с половиной часа показались окрестности Сиэтла, пробки вопреки прогнозам не было, заправка, и еще два часа пути до. Да, до той самой, воспетой, которая не заставила себя долго ждать. Через два часа мы уже стояли в автомобильной очереди в восемь рядов.
Диалог с пограничником был краток и несодержателен, вид на жительство в Штатах вполне удовлетворил служивого. Было немножко прохладно, ярко светило солнце, Канада гостеприимно расстелила перед нами свои земли. В ту же секунду, как по волшебству, мили превратились в километры, фунты в килограммы, фаренгейты в Цельсии, и мы, вдруг, почувствовали себя почти как дома - в России, в смысле.
Далее все происходило быстро – в 2:30 заселение в номер, который оказался на удивление точно таким, как на картинке, краткое знакомство с городом, ужин с вином, сон в объятиях Морфея. Культурной программе приказано было ждать до утра.


Что такое проснутся в чужой стране без культурной программы? Это значит с утра испытывать глубокое чувство вины перед всем прогрессивным человечеством. На скорую руку запихав в себя омлет, забил “достопримечательности Ванкувера” в Гугл и на коленке принялся верстать основные пункты плана и маршрут. Во всех списках достопримечательностей неизменно фигурировал подвесной мост Капилано. Маршрут был прост и близок, что все решало, “промедление смерти подобно”, как говорил в подобных ситуациях классик, 10 часов утра – мир застыл в напряжённом ожидании, культурную программу надо было спасать!
Надо сказать, что мост не подкачал. Хотя, на самом деле, он изрядно раскачивался на довольно большой высоте, соединяя два ущелья.


В ущелье летала какая-то большая птица и тревожно что-то выкрикивала. На мосту скопилось довольно большое количество китайских туристов и что-то тоже вразнобой выкрикивали, и отчаянно фотографировались на свои и чужие айфоны. Было прохладно, солнечно и немного страшно. От страха и холода мы тоже начали отчаянно фотографироваться и это помогло. Мы много ходили по мостам и воздушным переходам, изучали снабженные надписями деревья и их полезные свойства.





На самом деле, мост Капилано, это целый комплекс всяких природных объектов, в которые вписана туристическая инфраструктура с образовательными модулями на экологическую тему. Все это интересно и ненавязчиво, можно использовать некоторые сооружения в качестве гимнастических снарядов, например.


Удовлетворив культурный голод и размявшись, мы отправились в центр города изучать его кулинарные возможности. Надо сказать, что они были велики. Особенно широко и разнообразно были представлены заведения восточной кухни: китайской, вьетнамской, корейской, японской. Представители этих народов были представлены тоже очень широко. Они ходили прямо тут же, в центре Ванкувера, в стильных нарядах и одеяниях, наводняя его по-европейски узкие и уютные улочки живой и загадочной энергией Азии.

Энергия эта большей частью уходила в шопинг. Было приятно наблюдать их светящиеся радостью лица, во всех торговых точках города.
Мы было поддались этому потоку, зайдя в пару брендовых магазинов, но быстро устали и вернулись на стезю кулинарных поисков и открытий, которые на заставили себя долго ждать. Открытия начались сразу за стилизованными в восточном стиле воротами, ведущими в чайнатаун.




Именно здесь мы нашли то, что давно уже искали в других городах – настоящую китайскую закусочную с аутентичной кухней. Заведение весьма бойко торговало своей продукцией, явно пользующейся повышенным спросом у местного населения. Кухня была тут же, она шипела, скворчала и булькала длинным рядом котлов, печей и сковородок. Проблема была только в том, что заведение работало исключительно за наличные. Оказаться голодным в центре китайского квартала, когда цель столь близка и достижима, грозило обернуться главным жизненным разочарованием. На наше счастье в карманах чудом завалялось восемь долларов США, что, в конечном счете, и решило судьбу всего путешествия. На эти средства нами была приобретена огромная тарелка риса с двумя порциями мяса-рыба-овощи-морепродукты - на выбор. Чай зеленый, бесплатно. Вкусно, просто, недорого. Обратный путь в номер пролегал через ликерный магазин. Выбор вина – красного, недорогого, французского, был случайным, но удачным. В 9 часов мы уже спали. Ночная жизнь Ванкувера играла своими заманчивыми огоньками не для нас, увы.
На следующий день мы предприняли попытки найти городской рынок. Вместо этого нашли магазин Лондон где затарились недорогой сувенирной продукцией: кленовыми сиропами разной формы разлива, местными конфетами, взяли что-то еще, какие-то столь же бессмысленные, но необходимые артефакты пребывания в Канаде. Счастливые и решительные мы дружно постановили в парки больше не ходить, культурную программу сверстать и полностью предаться инстинктам – бродить по городу куда несут ноги и есть что попадет по руку.






Инстинкты неожиданно привели нас в район Гастаун, к месту основания Ванкувера. Место сие было обозначено памятником отцу-основателю, выполненном в каком-то нарочито небрежном стиле. Основатель был зловеще зелен и аляповат. Судя по его костюму и позе, в которой он был изваян, господин сей был изрядным пройдохой и пьяницей, что, впрочем, ничуть не смущало гостей города, которые с удовольствием позировали фотографам на его фоне.



Район Гастаун выглядел старинно, но фешенебельно. Все пребывало в гармонии, поддерживая ощущение благополучной буржуазной жизни с ее атрибутами - дорогими ресторанами, стильными бутиками, одетыми по последней моде людьми, держащимися легко и непринужденно. Все было прекрасно. Все. И были даже невиданные доселе старинные паровые часы, которые каждый час свистели паром, отмеряя время.


А время неумолимо приближало нас к концу путешествия. Напоследок, конечно, хотелось вкусить греха, окунуться, так сказать, в водоворот ночной жизни большого города. Инстинкты подсказывали нам, что нужно двигаться в сторону Гринвилл стрит.
По пути мы благополучно миновали набитое молодыми людьми заведение «Амстердам», в котором дым стоял столбом, но запах его был нам чужд, и ничуть не будил воспоминаний об оставленном отечестве. Сомнений он тоже не оставлял, что, впрочем, было нам на руку, вернее на ногу. Бодрым шагом мы продвигались к пучине разврата.

Вскоре показались зловещие огни Гринвилл стрит. Улица была полна людьми, жадно жаждущими впечатлений.

Некоторые из них пили вино в открытых верандах кафе, несмотря ноябрьский холод. Это выглядело хоть и подозрительно, но все еще не так разгульно, как хотелось бы. Наконец, миновав бесчисленное множество подобных заведений, длинную очередь бодрых людей среднего возраста в концертный зал, мы остановились у афиши стриптиз-клуба. Очереди здесь не было, народ не теснился, никто не хватал за руки и не тащил в приют разврата. Что, надо сказать, несколько разочаровывало. Афиша гласила, что сегодня в клубе Леди-найт, что, на самом деле, рождало больше вопросов, чем ответов в неискушенном сознании. На мое предложение навести справки внутри заведения супруга ответила решительным отказом: – Без меня, пожалуйста. На мое счастье из заведения бодро выпрыгнул убеленный сединами джентльмен в усах и костюме и, дружелюбно улыбаясь, пояснил что сегодня вход только для женщин.
– А как же мужчинам проводить свой досуг?! – возмутился я.
- Мужчины сегодня на сцене, милейший, - благожелательно пояснил мне джентльмен, расточая в улыбке настоявшийся запах марихуаны.
– Согласен, я рожден для сцены! - уверенно заявил я.

– Возможно, милейший, - деликатно заметил джентльмен, критично окинул меня профессиональным взглядом, - только необходимо немного потренироваться. Дома, пожалуй, для начала - и, подмигнув супруге, джентльмен так же бодро впрыгнул обратно внутрь.
- Ну, что, артист, пошли в номер тренироваться – резюмировала жена.
Ночная жизнь Ванкувера, в который раз безжалостно ударила бумерангом.

Обратный путь в гостиничный номер традиционно пролегал через ликерный магазин. На этот раз мы нашли магазин, который был гораздо ближе к гостинице, да и ассортимент был представлен не в пример шире и разнообразнее.
Девушка на кассе, пакуя тару в пакет, среагировала на мой акцент.
- Вы откуда приехали?
– Из России.
– По вам не скажешь, вы не похожи на русского. – неожиданно перешла на русский кассирша.
- Вы тоже не похожи – пришла моя очередь удивиться и перейти на русский язык.
- А я и не русская, у меня мама из Узбекистана.
- Как вам Канада?
- Ничего, жить можно.
- Мне тоже так показалось.

- Я уже не похож на русского, на кого же я похож тогда? – спросил я жену, выйдя из магазина.
- На дол@оеба, дорогой.
И это было неправдой, конечно же. Просто маленькая женская месть за невинный треп с молоденькой продавщицей.

На события во Франции
odinnevoin
Волна событий во Франции докатилась до Портленда. И даже слегка обдала меня своей мутной волной.

- Говорят, один из террористов был русским - поведала мне коллега - бабушкабожийодуван, родом с Западной Украины.
- Это неправда, русских среди них нет, - вступился я за соотечественников.
- Нет, есть, - стояла на своем бабуля, - мне один человек сказал, он за новостями следит.
- Какой человек? - заинтересовался я, - я тоже слежу за новостями, как раз утром по дороге на работу слушал по радио репортаж с места событий.
- Что-что? - заинтересовались коллеги, слушающие наш разговор.
- Среди террористов есть один русский - авторитетно поджала губы женщина.
- Хорошо, - рассердился я, - один русский и один украинец.
- Что!!!? - в ту же секунду взорвалась бабушка, - как ты такое можешь говорить!
- Это такая же правда, как то, что среди них был русский - почему вас это так возмущает?
- Это уже политика! Остановись! Тебя куда-то не туда несет! - перешла на крик старушка.
- Куда это меня несет, интересно? Русский - террорист, это нормально, а террорист украинец - сразу политика, почему?
- Что за люди! Я уже не могу высказать свое мнение!
- Ладно, давайте это уравновесим, - предложил я, поскольку ситуация грозила человеческими жертвами и международным скандалом.
- Как? - заинтересовались коллеги.
- Правда в том, что среди террористов был одни русский, один украинец и один еврей.
- Неужто?! - охнули хором коллеги и побежали вызывать неотложку.

Бабулябожийодуван рухнула на них всем своим телом, дергая ножкой и тряся головой.
Остаток дня меня мучило раскаяние: черт, ну оно мне было надо - корил я себя, - одним русским террористом больше, для Родины это даже не статистика, никто даже спасибо за это не скажет, а вот евреи мне не простят.

P.S. Из вечерних новостей я узнал, что русские там все-таки были, и даже не один, а два. Два автомата Калашникова...

?

Log in